Безусловно Жанна во многом права, более того, бывают случаи, когда люди просто пропадают из-за того, что из них делают "знамя".

И опять таки, абсолютно согласен с тем, что работа в поле наверное важнее. Однако возникает другая не менее, а может более важная и актуальная проблема. А готовы ли ПР работать с уязвимыми группами вообще и с ЛЖВ в частности как с партнерами? Я не видел. До сих, пор те редкие случаи, когда представители сообществ имеют голос и чего-то добиваются, происходит не благодаря, а вопреки позиции ПР и ГФСТМ 

В принципе, если СКК ведет успешное сотрудничество с НПО, которые эффективно работают в области борьбы с теми или иными болезнями, то этого достаточно. Сами больные люди нередко вовсе не готовы работать в СКК. Они могут работать «в поле» в рамках участия в осуществлении мероприятий  НПО. Если буквально следовать рекомендации о включении в состав СКК представителей пострадавших групп, то иногда это может привести к созданию искусственных, нежизнеспособных и некомпетентных НПО. Я говорю, иногда. Все зависит от конкретной ситуации в конкретной стране.

Стратегический приоритет в области глобального здравоохранения: В-первую очередь защита здоровых людей, затем лечение больных. Здоровых (имею в виду три заболевания) гораздо больше, чем больных, и защитить всех – задача весьма сложная. Охватить всех заболевших, с точки зрения предупреждения распространения эпидемий – задача менее масштабная. Может быть, НПО, представляющие гражданское общество, должны уделять больше внимания разработке эффективных планов, охватывающих больных людей? А более мощные и крупные структуры должны сосредоточить внимание на глобальных целях? Однако сегодня мы больше говорим о лечении больных, а не о профилактике среди здоровых – большей части населения. Неграмотность и незнание увеличивают количество зараженных. Нужно ли, в самом деле, говорить о необходимости увеличения представительства пострадавших групп в ССК? Действительно ли это имеет большое значение? Если уж обсуждаем этот вопрос, то, может, лучше говорить о качестве, а не о количественной стороне такого представительства?

 

 

Уважаемые коллеги, а есть ли в Ваших странах прецеденты, когда общинные организации являются Принципиальными Реципиентами? Предлагаю тему для обсуждения. Если нет, то почему? А как складываются взаимоотношения между Принципиальным Реципиентом и субреципиентом в Ваших странах? На основе каких документов и процедур? Что делает ГФСТМ, когда в отношениях ПР и СР возникают разногласия? Что должен делать ГФСТМ когда ПР неправ? Есть ли случаи, когда действия  и нормы ПР не устраивают общинные организации?

В качестве примера приведу выдержки из контракта для субреципиентов в Кыргызской Республике.

 Я убрал основную часть своих комментариев для того чтобы не портить впечатление от документа

 2.1.           Принципиальный реципиент вправе в любой момент прекратить предоставление финансовых и материальных ресурсов, если это будет вызвано необходимостью, как самого Принципиального Реципиента, так и условия грантового Соглашения с Глобальным фондом по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией.

 2.2.           Все имущество и иные ценности, приобретенные в целях исполнения настоящего контракта являются собственностью Принципиального реципиента и по окончанию срока действия настоящего контракта должны быть возвращены Основным Суб – реципиентом и его Суб-реципиентами Принципиальному Реципиенту.

 2.3.           Принципиальный Реципиент имеет право в любой момент в одностороннем порядке истребовать имущество, иные ценности, приобретенные по настоящему контракту и предоставленные денежные средства, у Основного Суб – реципиента и его Суб-реципиентов и самостоятельно распределить их в целях более рационального использования.

3.1.           Основной Суб – реципиент гарантирует участие всех указанных в проектной заявке специалистов и подрядных организаций на весь срок действия настоящего контракта. Замена исполнителей проекта, указанных в настоящем пункте допускается только с письменного согласия Принципиального реципиента.

3.2.           Основной Суб реципиент не имеет права привлекать третьих лиц (субконтрактеров), не оговоренных в одобренной Принципиальным реципиентов проектной заявке, для исполнения своих обязательств по настоящему контракту без письменного согласия принципиального реципиента.

 3.3.           В случае поступления от Принципиального реципиента требований о возврате имущества, иных ценностей, переданных или приобретенных в ходе исполнения настоящего контракта, а также остатка финансовых средств, полученных от Принципиального реципиента, Основной Суб – реципиент и его Суб-реципиенты обязаны в течении 10 дней вернуть вышеперечисленное по акту приема передачи в безапелляционном порядке.

 4.1.           Каждые  шесть месяцев Основной Суб - реципиент должен предоставлять запросы на  выплату средств на суммы, предусмотренные контрактом, по форме и содержанию приемлемые для Принципиального Реципиента.

 4.2.           В случаях несоответствия достигнутых результатов по сравнению с плановыми, либо в случаях предоставления неполной, недостоверной или неточной информации, а также в любых иных случаях, когда у Принципиального реципиента возникают сомнения в возможности исполнения проекта Основным Суб реципиентом, Принципиальный реципиент вправе приостановить, либо полностью прекратить выделение средств и потребовать возврата имущества, иных ценностей и остаток полученных ранее финансовых средств.

 4.3.            Срок предоставления денежных средств после поступления от Основного Суб – реципиента документов, определенных п. 5.1. настоящего контракта, устанавливается Принципиальным реципиентом и не может быть оспорен Основным Суб – реципиентом.

 5.2.  Обязательным условием для выделения средств Основному Суб – реципиенту является исполнение обязательства по внесению собственного вклада, в сроки и в объеме, предусмотренные в одобренной Принципиальным реципиентом, проектной заявке Основного Суб - реципиента. Одновременно, с подачей заявки на выделение средств, Основной Суб – реципиент обязан предоставить приемлемые для Принципиального реципиента подтверждения об исполнении своих обязанностей.

 6.1.           Основной Суб – реципиент не вправе обсуждать цену приобретений, совершенных Принципиальным реципиентом, и не вправе требовать разницу в денежном или ином выражении между заявленной стоимостью и количеством приобретений в смете расходов и фактической ценой и количеством, по которой было произведено приобретение Принципиальным реципиентом.

 7.2.  Требуемые  отчеты:

 a.       Квартальные отчеты. Не позже чем 20 дней после окончания каждого программного квартала, Основной Суб - реципиент предоставит Принципиальному Реципиенту, приемлемые по форме и содержанию периодические консолидированные с его Суб-реципиентами отчеты  по  проекту. Данные отчеты должны отражать (I) финансовую деятельность за  квартал и полный финансовый отчет с начала программы до конца отчетного периода, используя статьи, указанные в приложенном  бюджете: и (II) описание  прогресса по достижению согласованных показателей результатов деятельности указанных в проекте. Основной Суб - реципиент обязан письменно объяснить разницу  между планируемыми  и реальными достижениями за отчетный период.

9.1.           Настоящее Соглашение вступает в силу с момента  его подписания Сторонами и  действует до _________________. В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения Основным Суб – реципиентом всех обязательств по настоящему контракту, срок действия контракта продлевается до момента добросовестного исполнения этих обязательств. Не соответствует ст. 4.6.

9.2.            Принципиальный реципиент может в одностороннем порядке расторгнуть данный контракт в любое время и без объяснения причин, предоставив за 10 дней до этого Основному Суб - реципиенту уведомление о своих намерениях в письменной  форме. В случае расторжения контракта не по вине (действий или бездействий) Основного Суб - реципиента, последний получит компенсацию за реально выполненную работу, удовлетворяющую Принципиального Реципиента, на пропорциональной основе.

 11.1.       Основной Суб-реципиент несет полную ответственность перед Принципиальным Реципиентом и третьими сторонами за финансовую и программную деятельность его Суб-реципиентов.

Основной суб-реципиент не может нести полную ответственность перед третьими сторонами,, так как эту ответственность несет ПР, на основании грантового соглашения. При этом невозможно нести полную ответственность за программную деятельность перед ПР, не имея возможности проводить МиО субреципиентов

 12.1.       В случае  возникновения разногласий все вопросы решаются путем двусторонних переговоров. При невозможности прийти к согласию Стороны передают спор на рассмотрение международного третейского суда при торгово-промышленной палате Кыргызской Республики.  Стороны будут согласны с решением суда как с окончательным судебным решением по поводу возникшего спора.

Разве, не ФПМ и МАФ вправе рассмотреть и решить любые разногласия  между ПР и СР?

При возникновении проблем подпадающих под уголовное, гражданское и административное право, при чем тут ТПП Кыргызской Республики?

 

У нас ЛЖВС представлены в СКК, до сих пор одним человеком, в настоящее время состав СКК несколько меняется. Из 25 членов, предпологается увеличить представительство ЛЖВС до двух человек, с пяти до десяти- представительство НПО, предпологается участие в работе СКК представителя Церкви. Кроме этого, интересы ЛЖВС представлялись в СКК и отдельными НПО, и сетью НПО в области ВИЧ. Что касается Туберкулёза, у нас нет такого обьединения людей, переболевших и представленных в НПО. Позтому, в СКК они представлены в основном НПО, не имеющие в своём составе бывших больных. За 2008 год, например в туб.стационарах, поликлиниках(где работают районные фтизиатры). даже по месту жительства, проводились два опросника больных. Цель опросника было определение условий, способствующие приверженности больных к лечению и выявление наиболее частых причин перерыва лечения. Опрос проводился среди пациентов Тб МДР, сейчас результаты обрабатываются. Это тоже форма учёта интересов лиц, пострадавших от болезни, результаты опросника повлияют на механизм социальной помощи больным туберкулёзом.

Но в принципе, наверное не следует любой ценой добиваться увеличения присутствия в СКК лиц переболевших, особенно, если нет положительного опыта совместной работы. Хотя стремится к зтому надо, может быть, они шире должны быть представлены при оценке работы СКК?.

Уважаемые Игорь и Алексей.

Безусловно, Игорь прав, если сообщества не могут или не хотят требовать соблюдения их прав, никто за них этого делать не будет. На одном из последних сборищ НПО мною был видвинут прямой упрек заместителю Председателя СКК, о том, что он не "шевелится", хотя мог бы. Не могу отдать ему должное, он признал ошибку и пообещал быть активнее.

К вопросу который поднял Алексей. Я, и наверное не только я, не понимаю, а почему собственно разговор идет только о ЛЖВ в контексте ВИЧ,СПИДа. Абсолютно справедливо, что в СКК могут и должны присутствовать и пострадавшие от ТБ и пострадавшие от малярии.  Более того, не правильна и неверна практика, когда в СКК нет представителей тех или иных сообществ, будь это СР, МСМ, ПИНы или кто-то еще. "Фишка" в том, что в наших странах под пресловутый 40% представительства НПО "впихивают" всех представителей гражданского сектора, да еще "прицепом" под этой категорией проходит т.н. "Академический сектор" Необходимо четкое и недвусмысленное послание от ГФСТМ, UNAIDS, других партнеров,  что 40% СКК должны составляить  представители СПИД-сервисных и общинных организаций. Только и  тогда можно будет говорить о СКК и его возможностях, потенциале и прочая и прочая. ДО этого, мы просто сотрясаем воздух. И поэтому с самого начала я задал вопрос о теме. Кто ее задал и в всязи с чем?

Может быть всем нам здесь и сейчас вместе предложть тему для обсуждения, которая не будет "высосана" из пальца?